« Место баталии нами одержано совершенно, и неприятель ретировался тогда в ту позицию, в которой пришёл нас атаковать» .

« Бородинское сражение было самое прекрасное и самое грозное. Французы показали себя достойными победы, a русские заслужили быть непобедимыми » .

БОРОДИНСКАЯ ГОДОВЩИНА

» С утра пошли с дочерьми крестным х одом к Бородинскому памятнику. �-атем объезжал войска. Парад был очень красив по разнообразию форм одежды. �-атем сел на лошадь и объехал большую часть поля сражения. Впечатления от пережитого самые отрадные».

«Какой-то быстрый государственный ум подал внезапную мысль: собрать на бородинских позициях возможно большее количество ветеранов, принимавших участие в приснопамятном сражении, а также просто древних старожилов, которые имели случай видеть Наполеона .»
А.И. Куприн. « Тень Наполеона»

117-летний Павел Яковлевич Толстогузов.

Бородинская панорама Франца Рубо в Москве, 1912 г

храм св-Николая в Севастополе

Пирамидальная церковь Св. Николая построена на Братском кладбище (Северная сторона).

император Николай II с офицерами при посещении Братского кладбища, 1911-1916 гг.

император Николай II с семьёй и офицерами на братском кладбище Севастополя

«1855 года, июня 10, разорвавшегося в доме неприятельского снаряда, все украшения, риза и рама были уничтожены в прах, а изображение Спасителя осталось невредимо»

Поклонный крест на южной стороне храмовой площадки церкви Николая Чудотворца в Севастополе.

«… вдруг я увидал фигуру, сидящую в глубоком раздумье. Я очень осторожно начал всматриваться, ходить около неё, и во всё время моего наблюдения, очень долгого, она не пошевелилась, меня не замечала. Его дума была так серьезна и глубока, что я заставал его постоянно в одном положении. Он сел так, когда солнце было ещё перед ним, сел усталый, измученный; сначала он проводил глазами солнце, затем не заметил ночи, и на заре уже, когда солнце должно подняться сзади его, он все продолжал сидеть неподвижно. Мне стало ясно, что он занят важным для него вопросом, настолько важным, что к страшной физической усталости он нечувствителен. Он точно постарел на десять лет, но всё же я догадывался, что это такого рода характер, который, имея силу всё сокрушить, одаренный талантами покорить себе весь мир, решается не сделать того , куда влекут его животные наклонности. И я был уверен, потому что я его видел, что, что бы он ни решил, он не может упасть. Кто это был? Я не знаю. По всей вероятности, это была галлюцинация ; я в действительности, надо думать, не видал его. Мне показалось, что это всего лучше подходит к тому, что мне хотелось рассказать. Тут мне даже ничего не нужно было придумывать, я только старался скопировать. И когда кончил, то дал ему дерзкое название. Но если бы я мог в то время, когда его наблюдал, написать его... Христос ли это? Не знаю. Да и кто скажет, какой он был? Напав случайно на этого человека, всмотревшись в него, я до такой степени почувствовал успокоение, что вопрос личный для меня был решён. Я уже знал и дальше, я знал, чем это кончится».

lass="aligncenter size-full wp-image-61452" src="http://www.evpatori.ru/wp-content/uploads/2020/10/рассвет-.jpg" alt="рассвет---" width="600" height="400" srcset="https://www.evpatori.ru/wp-content/uploads/2020/10/рассвет-.jpg 600w, https://www.evpatori.ru/wp-content/uploads/2020/10/рассвет--300x200.jpg 300w" sizes="(max-width: 600px) 100vw, 600px" />
  « Искушение сидело в нём самом, - объяснял своего Христа  Крамской, - «Всё, что ты видишь там, вдали, все эти великолепные города , - говорил Христу голос человеческих страстей, - ты можешь завоевать, покорить, всё будет твоим и станет трепетать при твоем имени. У тебя есть все данные  быть здесь всемогущим владыкой!»

«Надо уяснить одно, - делился Иван Николаевич с друзьями, - я пишу своего Христа, своего Человека, лицо по всем признакам историческое , связанное не только с днём вчерашним, но и с днем завтрашним.»

«Я хотел нарисовать глубоко думающего человека, но не о потере состояния или какой-нибудь жизненной неудаче, а... не могу определить, но вы понимаете, что я хочу сказать».

« Именно человека, ибо сын человеческий пришёл взыскать и спасти погибшее», - был убежден Крамской.  «Я вижу ясно, что есть один момент в жизни каждого человека , мало-мальски созданного по образу и подобию Божию, когда на него находит раздумье - пойти ли направо или налево, взять ли за Господа Бога рубль или не уступать ни шагу злу»

«Итальянцы Его уже нарисовали, и нарисовали сообразно задаче. Да, это правда, итальянский Христос прекрасен и даже, так сказать, божествен, но потому-то он мне чужой, нашему времени чужой... и страшно сказать... по-моему, он профанирован. Лучший Христос - Тициана в Дрездене, с динарием, и всё-таки это итальянский аристократ , необыкновенно тонкий политик и человек несколько сухой сердцем: этот умный, проницательный и несколько хитрый взгляд не мог принадлежать человеку любви всеобъемлющей» .

« Картина моя расколола зрителей на огромное число разноречивых мнений. По правде сказать, нет трёх человек, согласных между собой. Но никто не говорит ничего важного. А ведь „Христос в пустыне" - это моя первая вещь, над которой я работал серьёзно, писал слезами и кровью... она глубоко выстрадана мною... она - итог многолетних исканий...».

«Перед этим лицом, измученным глубокой и скорбной думой, перед этими руками, сжатыми великим страданием, я остановился и долго стоял в немом благоговении ; я точно ощущал многие бессонные ночи, проведенные Спасителем во внутренней борьбе...»

«сразу поразили, как выражение громадной нравственной силы, ненависти ко злу, совершенной решимости бороться с ним»… - « страдание теперь не касается Христа, оно так мало, так ничтожно в сравнении с тем, что у него теперь в груди, что и мысль о страдании не приходит Иисусу в голову»

«Ведь если есть какое-нибудь оправдание всем тем огромным трудам людей, которые сосредоточены в виде картин в Вашей галерее, то это оправдание только в таких картинах, как Христос Крамского и картины Ге...»

«Более всех для меня понятен „Христос в пустыне" Крамского. Я считаю эту картину крупным произведением и очень радуюсь, что это сделал русский художник…»

«в основе содержания картины „Христос в пустыне" лежит не надуманная идея выбора пути („куда пойти"), и ещё менее - борьба божественности с дьяволом , а мучительные усилия Христа осознать в себе единство Божественного и Человеческого».

«Пусть бы Христос делал чудеса, воскрешал мёртвых, летал по воздуху, его бы оставили в покое, никто не стал бы ни нападать на него, ни защищать; но совсем другой разговор, когда находится такой чудак, который будит заснувшую совесть!»

Понтус Эксинус

Дед Митридата VI Евпатора - Антиох IV Эпифан

Басилевс Митридат VI В 113 г. до н.э. Митридат VI триумфально вернулся в Понт, заточил в темницу свою царствующую мать Лаодику и занял трон в Понтийском царстве.  Его мать и младший брат вскоре умерли в тюрьме, возможно, были убиты, но похоронили их с царскими почестями. Митридат VI был официально женат 5 раз , причём первой его женой была его родная сестра Лаодика, родившая от него 5 детей. Сразу после прихода к власти Митридат VI начал расширять свои владения Понтийского царства в Митридатовых войнах. Гай Веллей Патеркул писал об этом царе:

«Вождь в замыслах, воин в бою, а в ненависти к римлянам подобен Ганнибалу.»

« Все узнавали его по шрамам на теле. Помпей восхищался его величием и размерами его оружия. Пояс, на котором крепился меч, стоил четыреста талантов. Даже после смерти великого полководца потомки не переставали восхищаться всем тем, что напоминало о его небывалой славе.»

«В молодом возрасте Митридат (VI) бегал настолько быстро, что мог догнать самого быстрого дикого зверя.»

Ром, коньяк, ликёр - в чём разница для торта

Коньяк и бренди

• style="font-weight: 400;"> в пропитке бисквитов - несколько ложек в остывший сахарный сироп, самый частый способ;
• style="font-weight: 400;"> в масляном и заварном креме - совсем немного, для аромата;
• style="font-weight: 400;"> в шоколадном ганаше - идеально сочетается с тёмным шоколадом;
• style="font-weight: 400;"> в глазури - капля коньяка делает вкус многограннее;
• style="font-weight: 400;"> в маринованной вишне - классическая начинка для шоколадных тортов.

Ликёры: разнообразие вкусов

Как пропитка влияет на вкус

Пропорции и дозировка

Что алкоголь делает со вкусом

Сочетания алкоголя и начинок

Кому такой торт категорически не подходит

Как правильно заказать торт с алкоголем

• Художники: А.В. Бакланов, народный художник России; С.А. Корнилов.
• Скульптор: А.В. Гнидин.
• Дата выпуска в оборот: 20 апреля 2017
• Каталожный номер: 5710-0018
• курс бата к рублю

Воссоединение Крыма с Россией

Народный календарь сентября. 1 сентября - Андрей Стратилат, Тепляк, Фёкла Свекольница. «Стратилат Тепляк с теплом приходит», «Если дует ветер с севера - осень будет холодная, если с юга - тёплая», «Южный ветер - к урожаю кормовых культур, овса». «Стратилатов день приспел — овес поспел». «С Фёклы начинают дёргать свеклу». Примечали погоду: «Каков первый день сентября, такова и осень». — 2 сентября - Самойлин день. Пророк Самуил считался покровителем и заступником мужиков-крестьян: «Самойло-пророк сам Бога о мужике молит» . В этот день просили хорошей погоды для грядущих осенних работ. — 3 сентября - Фаддей, Василиса-Льняница . «Если на Фаддея погода ясная — ещё четыре недели хорошая погода будет» . В этот день убирали лён: «Баба Василиса о льнах радеет». — 4 сентября - Агафонник . «Если Агафонников день ясный, то хорошая погода будет держаться ещё четыре недели».  Считалось, что в ночь на Агафона из лесу выходит Леший, который может раскидать готовые снопы, что-то испортить, начудить. Мужики даже выходили в поле стеречь гумна, причём непременно надев одежду наизнанку. Это связано с тем, что и сам Леший всегда в одежде наизнанку, правое перепутано с левым:

«Видом своим напоминает человека, может принять облик знакомого, родственника. Но если внимательно приглядеться, можно узнать его: на нём почти всегда красный кушак, «левая пола кафтана запахнута за правую, а не наоборот, как все обычно носят; обувь перепутана - правый лапоть надет на левую ногу, левый - на правую. Глаза у лешего зелёные и горят, как угли.»
(Ярославское Пошехонье)

Диабол. Фанагория. 403 г. до н.э. Аверс — голова кабира в конической шапке; реверс — белый Бык и зерно пшеницы, как основы торговли.

« Следует признать, что именно ионийские переселенцы в Малую Азию впервые ввели в набор стандартных колонизационных приемов тактику сгона с земли местного варварского населения, ограбление местных жителей и насильственную экспроприацию их женщин.
Указанные характерные черты аттического миграционного поведения были частично унаследованы Милетом и впоследствии проявились в истории основания некоторых милетских колоний. К числу таких «характерных черт» можно отнести территориальные межполисные объединения , создаваемые именно как антиварварские коалици и: Синопа и ее колонии, а также Пантикапей и соседние с ним ионийские города в эпоху Археанактидо в.»
«Это также практика силового захвата мест для колоний , которую традиция приписывала Синопе и Пантикапею.
В современной литературе эти формы колонизационного поведения обычно воспринимаются как некие «аберрации», в целом не свойственные милетско-ионийской модели переселений, и потому их стараются объяснить влиянием неких экстраординарных внешнеполитических условий — «бегством от персидской армии царя Кира Великого». Однако «внешние условия» к переселению не могли создавать традиционные модели поведения переселенцев.» ( Колесников М.А.    Особенности аттическо-ионийской колонизации .)

Фанагория — восточная столица Боспорского царства. Экономическое благополучие Фанагории было основано на торговле вином и зерном со скифами и местными меотскими племенами — синдами.
Фанагория стала восточной столицей Боспорского царства , а западной столицей - Пантикапей. Союз города Фанагория с Пантикапеем и другими соседними греческими колониями создал Боспорское царство. С 480 г. до н.э. город Фанагория принадлежал дому Архенактидов , но сохранил свою независимость, о чем свидетельствуют эпиграфические данные о титулах его правителей.

Диабол. Фанагория -393г. до н.э. На аверс — кабира в конической шапке, украшенной венком. На реверсе — бодающий бык, пшеничное зерно и надпись -ФАNА

Сосуд из Аттики с изображением Афродиты в раковине, обнаружен в гробнице в Фанагории, IV век до н.э., Эрмитаж, Санкт-Петербург.

дидрахма, I век до н.э., надпись «ФАНАГОРИТЫ — ΦΑΝΑΓΟΡΙΤΩΝ

Митридат « ... послал часть войска в Фанагорию, другой торговый порт при морском устье, чтобы владеть им с обеих сторон, пока ещё Помпей был в Сирии. Однако фанагориец Кастор, когда-то оскорбленный царским евнухом Трифоном, напал на Трифона, когда он входил (в город), убил его и призвал народ к свободе. Хотя акрополем уже владели Артаферн и другие сыновья Митридата, жители обложили крепость деревом и подожгли её, пока Артаферн, а также Дарий, Ксеркс, Оксатр и Евпатра, дети Митридата, испугавшись огня, не сдались и не были пленены. Из них только Артаферну было около сорока лет, остальные же были лишь прекрасными детьми. Клеопатра же, другая дочь Митридата, продолжала оказывать сопротивление; отец, восхищенный её мужеством, послал множество бирем и освободил её».

Колонна с изображением грифона, III-IV века до н.э.

«Сам Митридат в начале сражения вместе с отрядом из восьмисот всадников прорвался сквозь ряды римлян, однако этот отряд быстро рассеялся, и царь остался всего лишь с тремя спутниками. Среди них находилась его наложница Гипсикратия , всегда проявлявшая мужество и смелость , за что царь называл её Гипсикратом. Наложница была одета в мужскую персидскую одежду и ехала верхом ; она не чувствовала утомления от долгого пути и не уставала ухаживать за царем и его конём...».

ΥΨΙΚΡΑΤ�-ΣΙ ΓΥΝ�- ΒΑΣΙΛΕΩΣ ΜΙΘΡΙΔΑΤΟΥ ΕΥΠΑΤΟΡΟΣ  ΔΙΟΝΥΣΟΥ ΧΑΙΡΕ = « Гипсикрат, жена царя Митридата Евпатора Диониса, прощай».   (YPSIKRATISI GYNI VASILEOS MITHRIDATOU EUPATOROS DIONYSOSOU CHAIRE)

минора из Фанагории

Терракотовый сосуд в форме сфинкса, V век до н.э. Один из 26 подобных предметов, обнаруженных в женском некрополе «Жрица Деметры » близ Фанагории.

Археологические раскопки в Фанагории. В XVIII веке местоположение Фанагории было точно определено благодаря обнаружению мраморных вотивных оснований статуй с посвящениями Афродите . Древнегреческий историк и географ Гекатей Милетский (др.-греч. Ἑκαταῖος ὁ Μιλήσιος; около 550-490 до н. э.) и Страбон (др.-греч. Στράβων) - греческий римский географ и историк рубежа 1 века до нашей эры и 1 века нашей эры упоминают фанагорийское святилище Афродиты как крупнейшее в Понтийском царстве. Археологические исследования Фанагории начались в 1822 году , когда были обнаружены золотые и серебряные предметы, которые нашли солдаты, участвовавшие в раскопках. Многие из сохранившихся древних артефактов города были перевезены в соседнюю Гермонассу (Тмутаракань) в период создания там русской крепости , а некоторые - в Эрмитаж в Санкт-Петербурге и Пушкинский музей в Москве. Помимо самого древнего города, археологов интересовал обширный некрополь , который простирается с трёх сторон вокруг Фанагории. �-десь обнаружены тысячи захоронений, многие из которых имеют саркофаги из кипариса или мрамора - свидетельство благополучия древних фанагорцев. Раскопки, проводившиеся в XIX веке, были, по большей части, любительскими ; каждый сезон разрушалось до двенадцати курганов . В 1936 году Владимир Дмитриевич Блаватский - советский археолог и историк античности, исследователь античности Северного Причерноморья   проводил раскопки в одном из скифских царских курганов близ Фанагории .

Гробница  «имеет каменную лестницу, ведущую вниз к прямоугольному проходу, входу в погребальную камеру (3,70 �- 3,75 �- 4,70 м). Эти две зоны перекрыты аркой, на которой видны остатки росписи. Настенные фрески имитируют инкрустированный мрамор. По обе стороны от входа в гробницу расположены длинные каменные ящики, в которых находятся четыре конских захоронения, а также богатые погребальные дары : седла и упряжь из золота и позолоченной бронзы».

Таран корабля, найден в порту Фанагории.

Фанагория, золотые нашивки из погребений царских скифов

« Находки позволяют проследить все этапы производства вина. Виноград давили ногами на площадках, покрытых цемянкой - водоотталкивающим составом из песка, извести, ракушек и толчёной керамики. Получившийся сок переливали в пифосы, где он бродил. Археологи обнаружили около шестидесяти пифосов вместительностью 600-800 литров. Некоторые сосуды нашли почти целыми, от других остались только очертания», — говорится в сообщении фонда «Вольное Дело».

Фанагория, мастос

Колесников Михаил Анатольевич - специалист по античной истории и археологии.
« Греческая колонизация Средиземноморья... »

Особенности аттическо-ионийской колонизации. Из приведенных примеров можно сделать вывод, что по крайней мере два набора правил коллективного поведения, проявившихся в эпоху ионийских миграций, можно рассматривать как универсальные поведенческие стереотипы, которые просуществовали в почти неизменном виде до последних лет эпохи Великой греческой колонизации. 1. В практике освоения новых мест ионийцами из Аттики обращает на себя внимание явное преобладание грубых силовых приемов  «ионийской модели колонизации». Следует признать, что именно ионийские переселенцы в Малую Азию впервые ввели в набор стандартных колонизационных приемов тактику сгона с земли местного варварского населения, ограбление местных жителей и насильственную экспроприацию их женщин (пожалуй, наиболее ценного объекта грабительского присвоения в условиях выселения, поскольку с ним была связана возможность непосредственного воспроизводства самих колонистов). 2. Межобщинные территориальные объединения были вполне обычным явлением для материковой Греции ранней архаической эпохи , но созданная аттическими переселенцами Лига ионийских городов Малой Азии имела некоторые специфические черты, которые могли возникнуть только в колониях. Она не имела ни своих властных органов, ни устава, ни сколько-нибудь четко оговоренных прав и обязанностей её членов, но как минимум два правила в ней соблюдались на практике неукоснительно. Во-первых, она была формой консолидации ионийских греков перед лицом противостоящего им местного населения , в основном карийцев и лидийцев. Тех, кто этого не понимал или не желал с этим считаться, Лига ионийских городов  наказывала, причем наказание могло принимать крайние формы, как, например, в случае с Самосом , община которого поддержала карийцев в их конфликте с Приеной и за это была изгнана с острова . Во-вторых, Лига ионийских городов по характеру еёконсолидации являлась образованием безусловно этническим : не-ионийцы в неё не входили и не имели права входить , поэтому принятые в её рамках нормы поведения и правила взаимоотношений не распространялись на соседние карийские и эолийские общины. Кодификация этих норм не была особенно нужна, поскольку все всплески агрессивности ионийских общин находили привычный выход во внешней агрессии (отторжение части хоры у Магнесии, захват Смирны, разрушение Мелии и т.п.).
Указанные характерные черты аттического миграционного поведения были частично унаследованы Милетом  (др.-греч. Μίλητος) - древнегреческим городом в Карии на западном побережье Малой Азиии, впоследствии проявились в истории основания некоторых милетских колоний. К числу таких «характерных черт» можно отнести территориальные межполисные объединения , создаваемые именно как антиварварские коалиции : Синопа и её колонии , а также Пантикапей и соседние с ним ионийские города в эпоху Археанактидов. (Возможно, к примерам полностью искусственной и потому неудавшейся попытки создать такое же объединение с центром в Милете следует отнести и Кардию на Фракийском Херсонесе ). Это также практика силового захвата мест для выведения колоний, которую традиция приписывала Синопе и Пантикапею. В современной литературе эти формы колонизационного поведения обычно воспринимаются как некие «аберрации», в целом не свойственные милетско-ионийской модели переселений, и потому их стараются объяснить влиянием неких экстраординарных внешнеполитических условий . Но «внешние условия» не могли сами создавать традиционные модели поведения, - они могли лишь влиять на их внешние формы. Такое влияние действительно имело место: например, синопское объединение колоний было территориально разобщенным и управлялось властными органами гражданской общины Синопы при помощи высылаемых в колонии должностных лиц, тогда как боспорская симмахия, напротив, представляла некую компактную агломерацию,  в которой власть принадлежала особой династии , сложившейся, как полагают, на основе чрезвычайных полномочий, делегированных общинами какому-то лицу, выполнявшему функции стратега-автократора (Шелов-Коведяев 1985:76). Однако сама идея антиварварской территориальной симмахии могла быть взята только из метрополии, поскольку ей больше неоткуда было взяться. Другой традиционной формой милетской колонизационной практики можно считать греко-варварские симбиотические образования , в которых греческая сторона получала территорию для заселения на условиях выполнения каких-то функций военного или торгового характера в некой государственной структуре, которая этой территорией владела . К колониям, практикующим такой вид симбиозов, возможно, относились Кизик и Абидос; позднее на этот же путь встала Ольвия, Тира и Никоний. Третий тип греко-варварских взаимоотношений есть именно тот, который в литературе принято считать «типичным» для всех колоний Милета . �-десь он представлен двумя наиболее известными торговыми поселениями Понта - Аполлонией Понтийской и Истрией (возможно, к той же категории относились и греческие колонии Колхиды - Фасис, Диоскуриада и Гюенос).

Пантикапей, Фанагория и другие древнегреческие колонии, VIII-III века до н.э.

Пантикапей . Традиция безоговорочно относит Пантикапей к милетским колониям (PIin.NH.IV, 18; Strab.VII,4,4; Amm.Marc.XXII,8), но сильно расходится в вопросе об обстоятельствах выведения колонии. Афиней (XII,26), ссылаясь на Эфора, сообщает, что землю для колонии милетяне отняли у местных скифов. Стефан Византийский приводит противоположную версию - о получении ими этой земли в дар от скифского царя Агаэта (однако это место в рукописи Стефана испорчено. - См.: Блаватский 1954:7; Ivancik 1991:26-27). Ни одна из двух версий не подтверждаются археологически , поскольку между самыми ранними греческими и самыми поздними негреческими находками на территории Пантикапея имеется хронологический разрыв в несколько десятилетий (Шелов-Коведяев 1985:52). Греко-варварские взаимоотношения на Боепоре в VI- нач. V вв.до н.э. рассматриваются в гипотезе Ю.Г.Виноградова, согласно которой в греческие города в прибрежных районах �-ападного и Северного Причерноморья подверглись сильному военно-политическому натиску скифов, и реакцией боспорских колоний на экспансию скифов явилось их объединение в военно-религиозный союз, возглавляемый династией Археанактидов (см.: Vinogradov 1980:64 etc; Шелов-Коведяев 1985:65-78). Реконструкция возникшей в тот период общей системы укреплений в районе Тиритакского вала позволила установить, что в этот союз на первых порах входили Пантикапей, Мирмекий и Тиритака (Толстиков 1984:38-48). Во второй половине V века военно-религиозный союз , вероятно, послужил естественной основой для утверждения и упрочения многолетней тиранической формы правления на Боспоре.

Херсонес. Согласно сообщению Пс.-Скимна (822-827), Херсонес был основан как смешанная колония выходцами из Гераклеи Понтийской и Делоса . Участие Делоса было, судя по имеющимся данным, чисто номинальным. Датировка этого события рассматривается в рамках двух взаимоисключающих гипотез - Г. Шнйдервирта - А.И. Тюменева (422/ 21 г.) и Ю.Г. Виноградова-М.И. �-олотарева (528 г.) (см.: Тюменев 1938; Виноградов, �-олотарев 1999). Обе гипотезы сходятся только в одном, но очень важном для нас пункте: в них признается, что Херсонес был основан в результате политической борьбы в Гераклее, вслед за чем последовало изгнание сторонников проигравшей борьбу партии демократов  — « демагогов ». Следовательно, взаимоотношения этой колонии с её главной метрополией на раннем этапе существования Херсонеса вряд ли могло быть мирным [-3] (�-едгенидзе 1979:90). Однако со своей пра-метрополией, Мегарами Нисейским, Херсонес, возможно, имел более тесные связи, если верить сообщению Плиния Старшего (NH.IV,85) о том, что вначале колония называлась « Мегарикой » [2?] ( «Megarice» или «Megaricae» , в разных кодексах. Впрочем, существует мнение, что слово « Мегарика » было лишь эпитетом раннего Херсонеса, но не его именем . (См.: Brandis 1895:2265). О характере взаимоотношений колонистов с окрестными «варварами» можно судить только с рубежа V-IV вв. , когда прекратили существование первые таврские поселения в округе Херсонеса и началось последовательное вытеснение местных жителей с территории Гераклейского полуострова (Щеглов 1981). Существует ещё одна, более ранняя и по содержанию совершенно противоположная гипотеза Г.Д.Белова о мирном симбиозе в раннем Херсонесе двух общин - греческой и таврской (см.: Белов 1981), но в современной литературе она обычно не упоминается.

Монета из Гераклеи понтийской, 352-345 гг. до н. э.

Особенности мегарского колонизационного потока.  В архаический период (VIII-VI века до н. э.) Мегары Нисейские , расположенные на Коринфском перешейке, в юго-западной части Саронического залива , гавани Нисеи, были крупным торгово-ремесленным центром и активно участвовали в колонизации.
В практике выселений практически всех колоний мегарского потока присутствует одна странность. Будучи сформулированной в виде прямого вопроса, она выглядит несколько курьезно, но такова её точная формулировка: «кто кого основал?». Ясно, что матерью всех мегарских колоний были Мегары Нисейские , но на этом ясность заканчивается, поскольку уже древняя традиция не могла отличить дочерние колонии Мегар от её внучатых колоний . Степень достоверности этих противоречащих друг другу свидетельств различна, но их довольно много: а) при выведении Селинунта из Мегар Гиблейских ойкистом колонии был некто Памилл, прибывший из Мегар Нисейских; б) жителей гераклейской колонии, Каллатиса, Овидий называл « мегарянами» ; в) другая колония Гераклеи, Херсонес Таврический , первоначально называлась « Метрикой »; г) Мессембрию разные авторы называют колонией Мегар, совместной колонией Мегар и Калхедона, а также совместной колонией Мегар и Византия; д) Астак одними авторами назван колонией Мегар Нисейских ; другими авторами он назван колонией Калхедона , тогда как третьи авторы датируют Калхедон более поздним временем, чем Астак , и таким образом колония оказывается старше своей метрополии. В результате у многих современных исследователей сложилось впечатление, что применительно к районам Пропонтиды и Понта традиция использовала этникон «мегарский » в собирательном смысле - только для того, чтобы подчеркнуть, что колония « не милетская » (см.: Loukopoulou 1989:51). В рамках традиции такое обобщение могло иметь смысл лишь в том случае, если общины внутри мегарского потока были связаны между собой такой системой взаимоотношений, по которой действительно не имело особого смысла выяснять с излишней доскональностью, от какой из общин произошла та или иная колония. Можно предположить, что сама практика выведения мегарских колоний включала в себя отношение к актам переселения, как к событиям совершенно особого сорта, так или иначе затрагивающим интересы «всех» поселений , связанных общим происхождением и имеющих прародиной Нисейские Мегары. Видимо, полисная автаркия, являвшаяся в глазах греков основным предметом гордости и служившая постоянным поводом для беспокойства, ценилась мегарянами не так высоко , и они могли допускать внутри своего миграционного потока более свободные перемещения групп населения из колонии в колонию, при сохранении общего отношении к своей основной метрополии, Мегарам Нисейским , как к своеобразному «координационному центру» этого процесса. Эту особенность во взаимоотношениях мегарских поселений некогда подметил немецкий историк К.Ханелл, сделавший из этого вывод о том, что колонизационное освоение мегарянами Пропонтиды и Понта носило «централизованный» характер и направлялось из Мегар. Впрочем, К.Ханнел распространял свой вывод и на милетские колонии, поскольку древние авторы и к их населению часто прилагали обобщенный этноним «милетяне ».  (См.: Hanell 1934:135-136). В таких условиях мегарские колонии не только могли, но и в некоторых случаях «должны» были иметь по нескольку метрополий и несколько дат основания , и в расхождениях источников нет ничего странного. Другой отличительной чертой мегарской колонизационной практики была форма взаимоотношений с местным населением в местах выведения колоний. Обычно в пример приводят только Гераклею Понтийскую и ее господство над окрестными мариандинами, но подобные формы взаимоотношений, правда, в менее заметных формах, имели место и в других мегарских колониях: а) Афиней (VI,271), ссылаясь на историка Филарха, утверждал, что «византийцы так же властвовали (δεσπόσαν ) над вифинцами, как лакедемоняне над илотами». б) Судя по одному сообщению Плиния Старшего, фракийское поселение Кербатис , расположенное в районе Каллатиса было точно так же обращено в зависимость греками вскоре после их переселения. в) Следы явно принудительного перемещения варварских поселений в районе Херсонеса Таврического во 2-й пол. IV в.до н.э. приводят исследователей к выводу об установлении на территории Гераклейского полуострова нового типа социально-экономических отношений , близких к илотийной зависимости . Если подобные формы зависимости действительно являлись составной частью мегарской хозяйственно-культурной традиции , то из этого следуют два вывода. 1. Наличием такой традиции поведения можно объяснить то упорство, с которым мегарские колонисты пытались внедриться в густо заселенные и явно негостеприимные районы колонизации , где им постоянно приходилось преодолевать сильное сопротивление местного населения (Мегары Гиблеи, Астак, Византии, Херсонес, возможно - Мессембрия). Некогда крымский историк А.Р. Никифоров выдвинул (в устной форме) несколько неожиданную, но снимающую многие противоречия гипотезу о том, что все отмеченные традицией колонизационные трудности мегарян были, в сущности, ожидаемыми, поскольку мегарские переселенцы сами искали места с таким населением, которое было бы пригодно для будущей его эксплуатации. Мегарян не прельщали никакие, пусть даже совершенно райские участки побережья, если для их хозяйственного освоения требовалось самим создавать всю природно-хозяйственную инфраструктуру, - вместо этого они предпочитали найти и подчинить население, уже освоившее местные природно-хозяйственные ресурсы. 2. Если это предположение верно, то поиск возможных корней этой традиции вновь возвращает нас к преданию о насильственном характере образования самой мегарской общины, произошедшем в результате завоевания Мегариды дорийцами из Коринфиды и Пелопоннесса (Пальцева 1999: 16-19). Специфика происходившей при этом ассимиляции местного ионийского населения заключалась не только и не столько в том, что она сопровождалась пересадкой на новую этнокультурную почву племенных дорийских институтов, сколько в том, что эта пересадка осуществлялась «силой». Возможно, именно это обстоятельство и следует рассматривать как объяснение тому, что спустя несколько веков в позднейших мегарских колониях вдруг стали возрождаться такие сугубо дорийские формы внеэкономической эксплуатации, каких не было и в самом Коринфе, хотя, если верить традиции, именно коринфская община несла ответственность за «доризацию» Мегариды (так, например, считает Л.А.Пальцева 1999:272). Несомненным представляется тот факт, что субэтническая модель коллективного поведения мегарян сложилась именно тогда, и что эта модель явилась реакцией на этнополитические условия, порожденные завоеванием. Не будет большим упрощением сказать, что на протяжении всей дальнейшей истории мегарян, как в метрополии, так и в колониях, они реагировали на все виды внешних воздействий так, как если бы это было само это воздействие, плюс некое обрушившееся на них завоевание, и в ответных своих действиях они всякий раз как будто делали поправку на этот фантом, унаследованный ими из далекого прошлого. В одном отношении мегарянам просто не повезло: их традиционные стереотипы поведения оказались слишком уж архаичными и слишком глубоко уходили корнями в пласты родовой психологии. Эти традиции плохо согласовывались с новыми условиями VIII-VI веков и порой требовали от своих хозяев невозможного - и те слепо повиновались им, всякий раз балансируя на краю гибели и диссипации, сокрушая преграды там, где давно отступились бы колонисты любого другого потока. Перс Мегабаз был не так уж не прав, называя мегарских колонистов «слепцами», - во многих случаях их поведение действительно напоминало метания слепца, ищущего выход из горящего здания. Как бы м егарские колонисты сами не желали ценить полисную автаркию и относиться к ней « как все эллины », она зачастую оказывалась для них непозволительной роскошью. Автаркия мегарских полисов, конечно, существовала, но она постоянно и нарушалась требованием блюсти мёртвые традиции кровного родства в отношениях между общинами , что часто придавало межполисным конфликтам вид семейных ссор и разбирательств, причем эта окраска во взаимоотношениях потомков мегарян сохранилас ь вплоть до очень позднего времени. Например, в конце второй четверти III века до н.э ., когда возникла вражда между родственными Византием и Каллатисом , оба полиса обратились за помощью к родственной Гераклее, и та не только отказалась участвовать в конфликте, но выслала к обеим сторонам посредников с целью их взаимного примирения (Мемнон XXI,1 = ВДИ,1951,1).

Колонии Теоса (греч. Τέως Τήιος) Гермонасса. Источники называют Гермонассу боспорской колонией Теоса (Ps.-Scymn.886-888; Ps.-Arr.47, Arr., Bithyn.55(60M) - Eusth.549), но митрополит Евстафий добавляет к этому ещё и версию Арриана, согласно которой ойкистом колонии был некий Семандр из Митилены , а сама она была названа «Гермонассой» уже после его смерти, по имени вдовы, унаследовавшей полномочия ойкиста. С.А. Жебелев в одной из своих работ (1953:67) доказал, что приведенная версия Арриана в той его части, которая должна была объяснить происхождение названия колонии, представляет собой не более чем вариант народной этимологии, основанной на созвучиях некоторых имен и топонимов, а В.П. Яйленко (1982:270-272) впоследствии сделал из этого вывод, что единственное непротиворечивое объяснение указанному расхождению источников может заключаться в том, что Гермонасса просто была основана совместно двумя группами колонистов - из Теоса и Лесбоса [2]. Фанагория. Колония Теоса на азиатском берегу Боспора (Ps.-Scymn.886-888; Ps.-Arr.47, Arr., Bithyn.55(60M) = Eusth.549). Ранняя история колонии неизвестна; реконструкции её ранних взаимоотношений с соседями носят спорный характер (обзор см.: Шелов-Коведяев 1985). Античная Фанагория. Какие традиции принесли теосцы в Фанагорию . История изучения Фанагории насчитывает более 200 лет .